Press "Enter" to skip to content

Санькина любовь

Всеволоду некрасову белобрысый валерка проворно влез на велосипед, взялся за обмотанный изоляцией руль сань, а степка говорит еще, что он не комсомолец и человек семейный, а ты, сань, говорит, кончил сам недавно, да еще сознательный. Пусть со школьниками и возится. Так и передал.

. Сидящий на крыльце санька усмехнулся, вздохнул да я бы все равно пошел завтра.

И без его отказа. Он им прошлый раз про дизель такого натрепал никто не понял ничего. Заново объяснять пришлось.

Пусть уж лучше со своими корешами у магазина толчется.

. Валерка усмехнулся, отталкиваясь ногой от земли.

Передай ему, что он лодырь и дурак. Хоть и семейный. Валерка засмеялся и покатил по дороге.

Санька спрыгнул с крыльца. Лежащая на траве найда вскочила и, повиливая длинным черным хвостом, подбежала к нему.

Пошла! пошла отсюда! он шлепнул себя по коленке. Поскуливая, собака отскочила.

Санька пробрался через палисадник, повернул щеколду двери сарая, отворил. Фонарик лежал на полке между рубанком и банкой с гвоздями.

Санька взял его, сунул в карман брюк. Наклонившись, нашарил справа в углу початую бутылку водки, заткнутую бумажной пробкой, вытащил пробку, глотнул. Водка обожгла рот.

Он сплюнул, заткнул бутылку, сунул в карман и оглянулся. Солнце давно село за утонувшую в ракитах хату потаевых, оба стада прогнали. Еле заметный туман сползал в балку, размывая темные силуэты бань и погребков.

На той стороне паслась стреноженная лошадь егора. Санька взял лопату, перелез через прясла и неторопливо пошел по огородам. Картофельная ботва, чуть тронутая росой, шуршала о его брюки.

Впереди выпорхнул витютень и стремительно полетел прочь. Санька перехватил лопату у черенка и понес, волоча ручку по ботве.

Вскоре огороды сменились широким полем люпина. Сзади, со стороны деревни, послышалась танцевальная музыка.

Санька обернулся. Отсюда, с холмистого поля, было видно, как в приземистом клубе зажглись окна.

Он сплюнул и быстро пошел, подхватив лопату под мышку. Высокое, подпаленное алым с запада, небо было чисто, звезды слабо поблескивали над санькиной головой.

Впереди темнел лес. Пахло выгоревшим на солнце люпином, который нещадно хрустел и пылил под санькиными ботинками.

Санька остановился, достал бутылку, отхлебнул горькота то.

. Вдалеке по дороге из леса поехал трактор с зажженными фарами. Санька спрятал бутылку, вытащил пачку папирос, закурил.

Поле уже кончалось и начиналось мелколесье. Трактор спустился в лог.

Звук его стал слабым и вскоре пропал. Покуривая, санька вошел в мелколесье. Оно сплошь поросло кустарником, некошенная трава доходила до пояса.

Я то ведь и не виноватый, пробормотал он, продираясь сквозь траву, что ж мне теперь.

. Задев за ствол молодой березки, лопата выскользнула из его рук. Он нагнулся, поднял ее и положил на плечо.

Справа показалась дорога. Санька вышел на нее, оглянулся. Деревья смутно вырисовывались в темноте, в избах горели окна.

В клубе играла музыка. Сами на эту работу ее подначили, гады.

.

Он быстро зашагал по дороге. Впереди, посреди поля высилась роща разросшихся кладбищенских берез. Гады.

.

Санькин голос дрогнул. Дорога была забита мягкой пылью, ботинки месили ее.

И опять же. .

Ну почему не в библиотеке почему! он с силой тюкнул лопатой по дороге и поволок ее за собой. Красной мигающей точкой пополз по небу самолет. Дорога сворачивала вправо, но санька сошел с нее и по заросшей травой тропинке зашагал к кладбищу.

Гнилой забор, местами упавший, огораживал толстые, тесно стоящие березы. Бурьян и трава росли вокруг. Санька подошел к двум покосившимся столбам, означающим ворота, оглянулся.

В поле не было ни души. Только слабо играла музыка в скрывшейся за мелколесьем деревне. Он вошел на кладбище, косясь по сторонам, двинулся меж могилами.

Здесь пахло древесной прелью и ромашкой. Березы слабо шуршали над головой.

Обойдя четыре огороженные могилы, санька переступил через березовый комель и остановился, сложив руки на ручке лопаты вот.

. Перед ним возвышался продолговатый холмик, обложенный искусственными венками и цветами.

Он достал фонарик и посветил. Сверху в мешанине бумажных цветов лежала простая металлическая дощечка.

18. 1. 1964 9.

6. 1982 санька включил фонарик, достал бутылку, отхлебнул.

Что то зашуршало возле обросшей травой изгороди. Посветив туда фонариком, он поднял кусок земли, кинул. Шуршание прекратилось.

Он опустился на колени, потрогал дощечку, шмыгнул носом вот и я, наташ.

. Здравствуй.

. Какая то птица пролетела над кладбищем, рассекая ночной воздух быстрыми крыльями.

Я, наташ.

. Я это.

.

Санька помолчал и вдруг заплакал, ткнувшись носом в холодную дощечку. Ната.

. Шенька.

. Ната.

.

Шень.

. Кааа.

. Фонарик вывалился из его рук. Ната.

. Шааа.

.

Ната. .

Шенька.

. Бумажные цветы слабо шуршали в темноте от прикосновения его дрожащих пальцев. Он долго плакал, бормоча что то под нос.

Потом, успокоившись, вытер рукавом лицо, высморкался в кулак. Достав бутылку, отхлебнул, поставил ее рядом с могилой и выпрямился вот.

. Значит.

.

Постояв немного, санька стал быстро снимать венки с могилы и класть их.

Comments are closed.