Сегодня кто-то продавал на перекрестке счастье. Оно лежало средь крючков и старых ярких

Сегодня кто-то продавал на перекрестке счастье. Оно лежало средь крючков и старых ярких платьев, среди усталых пыльных книг, средь кисточек и мела. Оно лежало и на всех неверяще смотрело. Народ шел мимо, редко кто вдруг подходил к прилавку Купить брошурку, календарь, иголку, нить, булавку. И равнодушный взгляд скользил по глупой мелочовке. А счастье так просилось в дом, так робко и неловко. Моляще поднимало взгляд, едва, едва пищало. Но «кто-то» мимо проходил и счастье замирало. Темнело, я брела домой, в карманах грея руки. Торговец собирал товар, чуть напевал со скуки. Я бы прошла, но вдруг задел молящий и печальный Беспомощный несчастный взгляд, как будто вздох прощальный. Я подошла, а за стеклом пластмассовой витрины комочек маленький дрожал от горя и обиды. Комок устал, хотел в тепло, замерз на этой стуже, но, к сожалению, комок был никому не нужен. — и сколько стоит? — голос мой дрожал от напряженья — что? это? это! Да бери, оно — одни мученья! Я бережно взяла комок, к груди его прижала Закутав в складочки пальто домой почти бежала. Бежала греть. Скорей, скорей! В тепло с морозных улиц. И даже блики фонарей как будто улыбнулись. И улыбался белый снег, и небо. Мир смеялся Нашелся все же человек, что счастьем не кидался. Я принесла комочек в дом и стало вдруг понятно Что никому его не дам, и не верну обратно. Лариса Рубальская